Смущало его другое: он боялся, что не сумеет как следует выявить современную тему. Кроме того, его смущало обилие текста в постановке; работать с актерами над словом Труцци не умел. Вот почему он попросил, чтобы ему в помощь дали кого-нибудь из молодых режиссеров. Сорежиссером Труцци стал Э. Б. Краснянский, который проводил репетиции с основными исполнителями за столом и в выгородках, а сам Труцци ставил массовые сцены, работал над сценическими эффектами и сводил все части пантомимы воедино.
Труцци заразил своим энтузиазмом всех, кто с ним работал. Он сразу начал с постановки массовых сцен, считая, что в пантомиме они являются основными. Э. Б. Краснянский рассказывал, что для массовок, по газетному объявлению, было набрано сто человек, и с этими неподготовленными статистами Труцци, повторяя одну и ту же сцену десятки раз, добился блестящих результатов. На арену должен был выезжать паровоз. Этот паровоз выносили люди, спрятанные внутри, а впечатление движения достигалось все увеличивающимся светом паровозных фар. Труцци измучил и электриков и тех, кто выносил паровоз, но добился того, что иллюзия движущегося паровоза была полной.
Труцци, как никто в цирке, умел сколотить дружный коллектив. Каждый ведущий актер у него отвечал за тот или иной технический участок спектакля. Цирк во время постановки «Гудвщины» весь был опутан телефонными проводами, в каждом проходе был расположен «штаб» данного участка со своим «начальством», отвечающим за подачу и уборку громоздкого реквизита.
|
Перестрелка 
