В воде плескались утки, проплывал плот. Действие, и без того лишенное какого бы то ни было напряжения, вовсе останавливалось, и, не дожидаясь финала, многие зрители покидали цирк.
В пантомиме рядом с очень условными сценами соседствовали бытовые, жанровые картины, что придавало ей эклектический характер. На всей постановке вообще лежала печать недоработанности и небрежности.
Просмотрев спектакль, писатель Л. В. Никулин с горечью констатировал в газете «Правда»: «Тайга в огне» представляет собой бредовую путаницу, которую авторы Б. Бродянский и Е. Кузнецов и постановщик Ник. Петров совершенно незаконно называют «народно-героическим представлением».
Если верить программе, действие «Тайги в огне» происходит в Русском Приморье и Забайкалье в период 1918—1921 годов. На самом же деле действие происходит гораздо раньше, примерно в 60-е годы прошлого столетия, где-нибудь в балагане купца Епишкина на Марсовом поле.
Знаменитое «шапками закидаем» полностью воскресает в оглушительной и бессмысленной суетне, происходящей на сцене цирка. Главный герой представления Андрей Туманов богатырски сражается чуть ли не с тридцатью японцами, швыряет их, валит с ног чуть не щелчками. Правда, в конце концов он оказывается в плену, но это лишь для того, чтобы тут же быть освобожденным богатырями-партизанами». И, заканчивая свою рецензию, Никулин писал: «Тайга в огне» вовсе не
пантомима, это очень плохая пьеса, которую не рискнул бы поставить ни один театр»

Неудача «Тайги в огне» была весьма поучительна, она воочию показала, какое важное значение имеет полноценное драматургическое произведение для циркового спектакля. После постановки «Москва горит» обращение к «Тайге в огне» было для цирка, конечно, большим шагом назад.
К сожалению, неудача с «Тайгой в огне» так напугала руководителей цирков, что они надолго вообще отказались от постановок пантомим.