Но, вопреки ожиданиям, спектакль получился малоинтересным. И в первую очередь в этом были виноваты авторы пьесы. Характеры действующих лиц были намечены очень схематично. Диалог был разработан плохо. Многие монологи, по существу, были весьма примитивными митинговыми речами. Внутренней логики развития действия не было, эпизоды механически сменяли один другой без всякой логической последовательности. В пьесу был включен ряд цирковых номеров, но по большей части это тоже делалось механически, без связи с сюжетом. К тому же большинство цирковых эпизодов ранее использовалось в других пантомимах. Остроумно озаглавив свою рецензию «Хромая лошадь», критик Н. Колин этим названием подчеркнул, что из пантомимы в пантомиму переходит эпизод с раненой, хромающей лошадью, причем в «Тайге» он превращается в самый ударный момент спектакля.
Пьеса была перегружена интермедиями, задерживавшими и без того вяло развивающееся действие.
В пьесу была введена роль Сергея Лазо (его играл Г. А. Яни-ковский), но этот образ был лишен какой бы то ни было индивидуальной характеристики. Все представители интервентов и белогвардейцев изображались дураками и трусами, и становилось непонятно, почему же война на Дальнем Востоке утверждалась как героическая эпопея.
К сожалению, Н. В. Петров решал спектакль театральными приемами, чужеродными для цирка. Цирковые артисты не были подготовлены для исполнения драматических ролей, игра их была примитивной и сумбурной. И зрители иногда просто не понимали того, что происходило на арене.
Малоубедительна и шаблонна была сцена в селе, занятом белогвардейцами. Здесь режиссер примитивными приемами показывал разложение буржуазии. Откровенная риторика звучала в сценах допроса воров. Ни авторами, ни режиссером никак не был мотивирован момент пуска воды. Когда вода заполняла арену, режиссер решительно н|е знал, что же теперь делать.
|
Плохая постановка 
